О философии через семь лет

Евгений Силаев 

"Множественность никогда не следует полагать без необходимости"         

              /ИОАНН ДУНС СКОТ/      

      Прошло семь лет с момента публикации на сайте "Философский штурм" (ФШ) моей первой статьи  "Про философию". Сегодня для меня важно осознать как изменилось моё  переживание философии  и представление о ней  за эти годы  ежедневной  философской работы, в том числе и на сайте ФШ. Необходимым и достаточным условием изменений  моих переживаний философии является  живое философское общение с философами  благодаря их высказываниям в текстах книг и статей, а также интересному для меня, разнообразному общению на форуме ФШ. Попробую изложить в тезисах  своё новое понимание философии.

          ***    

 1.  Постепенно  философия завладела мной и  моё  бывшее представление о  ней  как о чём-то интересном, но внешнем для меня  стало переживаться как что-то  новое, очень важное,  как то, что  Выражено и осознанно в  действительности происходящей    со мной  жизни. 

  2. Главным своим достижением считаю новое понимание  реальности философской жизни во всей её полноте. Именно о  таком переживании философии мудро   рассуждал Мераб Константинович Мамардашвили (1930 - 1990).  Он утверждал: "Философия есть попытка путем строгого мышления уловить строгость и точность без внешне логически точных определений. Уловить грамотность мышления, а это и грамотность ожиданий, стремлений, требований, предъявляемых к миру. Эта грамотность и есть философия.

Эти истины так трудно уловимы, потому что они никогда не являются прямыми утверждениями. Их нельзя, раз получив, иметь у себя в кармане. Беда в том, что то, что в обостренном чувстве сознания промелькнет как абсолютная истина, нельзя удержать. Это всегда будет чем-то, во что заново нужно впадать.

Поэтому можно сказать: то, что выглядит как философия и излагается в виде неких систем и учений, – все это на самом деле техника впадения. Таких техник много. Философия одна из них, связанная с достижением состояния мысли, а вообще для человеческих состояний такой техникой является искусство". / Мамардашвили М.К. / Статья "О ФИЛОСОФИИ" / 

  3. Сегодня для меня нет уже материалистической или идеалистической философии, нет рационализма или конструктивизма, нет разных философий, а есть только одна философия и разнообразные представления о философии, которые  могут и не иметь   внутреннего  сущностного отношения к самой философской жизни.  Хочу уточнить, я не утверждаю существования только одного истинного понимания в философии, одного правильного  представления о ней.  Они могут быть самыми разнообразными и иметь различные метафизические основания, но сама философия только одна истинная, живая, диалектическая, развивающаяся, стремящаяся к Истине.

  3.1. Каждая метафизика, как наука о первых началах, основаниях и принципах философии  базируется на определённой  религиозной вере, в том числе может базироваться и  на: материализме, идеализме,  атеизме, пантеизме, позитивизме  или  другой осознанной   вере, которая  лежит  в основании цельного мировоззрения философа.

  3.2. Моя метафизика полностью определяется  христианской религией и за прошедшие семь лет   нашла многочисленные  очевидные для меня подтверждения её правильности, очевидность которых недоказуема   и основана только на моей вере . Понимая это, я с большим уважением отношусь к истинной вере каждого человека и к вере тех, кто считает себя неверующим, агностиком  или даже воинствующим атеистом. вот только философом  можно назвать человека у которого есть осознанное цельное представление о  своих метафизических утверждениях, основанных на его пережитой, а не теоретической  формальной вере и убеждениях. Поэтому, с моей точки зрения, основанием действительной философской жизни может быть только  опыт жизни, а значит только лично  пережитое, очевидное в своей действительности,  а не формальные представления   или знания о жизни, какими бы полными  и убедительными они ни были, но всегда допускающие сомнения. Для каждого очевидна большая разница собственного переживания жизни и переживания жизни героев при чтении романа "Братья Карамазовы", но каждое переживание человека  формирует  его  сложный  жизненный мир  (Lebenswelten У Э. Гуссерля) на базе которого осуществляется личное познание, в том числе и философское. Из этого следует  что практический, а не теоретический, опыт переживания жизни, как и веры возможен только по отношению к живой вере  в настоящей  жизни, а значит по отношению к истинной жизни и истинной вере, а не по отношению к чему-то кажущемуся и представляемому, виртуальному и фантастическому или чужому и теоретическому. Именно это М.К. Мамардашвили назвал "грамотность мышления, а это и грамотность ожиданий, стремлений, требований, предъявляемых к миру. Эта грамотность и есть философия".

  3.3.  Недопустимо смешивать философию и религию, а то, что получает человек  в опыте живого  религиозного познания невозможно познать  в философии. Так, " Три неслиянных и нераздельных Лица не имеют никакого отношения к философии. Их «понятийная дедукция» всегда окажется недоразумением, возвратом к смешению философии и религии, после которого ничего не остается ни от философии, ни от религии — или необязательной схематической иллюстрацией, как августиновское пояснение Троицы через любовь – единение – связь". /В.В. Бибихин/Язык философии/ Гл. 16. ФИЛОСОФИЯ и РЕЛИГИЯ/     

  4. Философия, как и науки, зародилась в лоне религии, но как часто бывает дочери очень не похожи на мать, начинают жить отдельной особой жизнью и каждая  осуществляет своё уникальное  разумное предназначение в творческом  познании жизни человечества.        

 5.  Философия, как наука о  умопостигаемом всеобщем и необходимом,  отделилась от религии и от  других наук, но не может и не должна утратить свою родовую связь с ними, не должна разрушать цельность  свободного личного познания и осознания своей жизни  каждым  отдельным  человеком, независимо от того, имеет он или нет непосредственную связь с философией, понимает или нет философские рассуждения. Можно сказать, что философия необходима и понятна  только философам, а все другие люди  воспринимают философию  только внешним образом в своих отношениях с философами, при  поверхностном восприятии  их действительно осмысленной  разумной   философской жизни в её формальных  выражениях, в том числе и в философских текстах. 

 6.   Из этих рассуждений понятна принципиальная трудность  дать ясные  для всех  определения философии, её предмета и конкретных  отличий философа от того, кто им не является, как невозможно формально определить термин "любовь"тому, кто не любит и не любил, как невозможно объяснить мёртвому что такое сама жизнь, такая очевидная для живых людей.  

 7.  Философия как прекрасная дама достойна подлинной любви и только в такой любви к свободному творчеству  рождается живая философская мысль.

  8. Зарождение философии  как науки, в моём  понимании, история связывает со свободными размышлениями мудрецов и обсуждениями этих творческих суждений   об одном  бытии, разумности и умопостигаемости  его множественного мира, о первых началах, о первых принципах и  всеобщих, необходимых законах, управляющих всем происходящим в упорядоченном мире одного бытия, в котором и живёт человек  как  существенно разумное существо. Об этом академик   Владимир Сергеевич Соловьёв  (1853 - 1900 ) в своей статье "Жизненная драма Платона" рассуждает так: - " что вы считаете безусловным и потому неприкосновенным, — говорили философы своим согражданам, — на самом деле весьма относительно и потому подлежит рассмотрению и суждению, а в своей мнимой безусловности — осуждению и упразднению". Этой обличительной и отрицательной задачей дело философов, как известно, не ограничивалось. С критикой мнимо-безусловного связывались у них попытки определения истинно-безусловного. Отвергнув или отодвинув на второй план данные традиционные устои жизни человеческой, они утверждали открываемые разумом первоосновы жизни всемирной, космической — от воды и воздуха первых ионийцев до равновесия единящей и разделяющей силы у Эмпедокла, до Анаксагорова мирового ума и Демокритовых атомов и пустоты.

Во всем этом была истина, но чтобы найти ее среди такой пестроты, чтобы понять и оценить все эти разнообразные и по-видимому противоречивые идеи как части слагающегося умственного целого, нужен был редкий дар умозрения и синтеза, который и явился впоследствии в лице Платона, Аристотеля и Плотина".

 9.  Думаю, что далеко не все, кого называют философом, действительно имеют непосредственное отношение к философии.  Философом можно назвать   только того, кто осознанно трудится, созидая и осуществляя своё  предназначение  в жизни  прекрасной  идеи  философии, и понимает в такой работе самый важный  смысл своей жизни.      

  10. Познание окружающего мира в творчестве философов расширяется до познания философом  самого себя  и осознанной человеческой жизни, целенаправленной разумности жизни   человечества, существующего  в этом  мире, который имеет в себе нечто  умопостигаемое всеобщее и необходимое, как истинный предмет философии, не совсем определённый и не очень чёткий в понимании  даже великих  философов , но важный и как цель философии.    

 11.  Первой наукой, в моём понимании, является метафизика как  фундаментальная наука о первых началах, основаниях и принципах философии.   

 12.  Первый метафизический вопрос, который меня заинтересовал в философии семь лет назад был вопрос о сущности смысла. Термин  "смысл" используется в диалектике  почти всех философов, многие из них  связывают свои рассуждения  со смыслом, включают этот термин в название своих философских работ, но до сего дня  я так и не нашёл глубоких философских исследований смысла кроме разрозненных прагматичных  обсуждений и суждений, в том числе яркой вспышки  прозрения смысла у Алексея Федоровича  Лосева (1893 - 1988)  в его ранней работе  "Философия имени".

  13. Обратим внимание что человек как творец способен порождать новые идеи, образовывать новые цельности с присущими им новыми отношениями частей, создавать новые формы,  а значит и творить новые смыслы  таких отношений.  Особенно это заметно в творческой человеческой речи, в формах  её выражения, в понимании  текстов,   которые  исследуются и в герменевтическом искусстве. Причём герменевтика не сомневается, что у текста  всегда есть автор и смысл. Но про сущность смысла герменевтика не рассуждает, а исследует само понимание смысла , который заложил автор.   Именно такое  явление творческого  порождения  новых смыслов человеком  было понято и объявлено единственным источником   возникновения смыслов,  как продукт  исключительно  человеческой деятельности. Это  мнение о происхождении  смысла  получило широкое распространение , в том числе ив  философской литературе. Однако,  мы понимаем смысл не только текстов, но и многих явлений в окружающем мире, которые могут быть никак не связаны с человеческой деятельностью,  понимаем Logos самого этого  мира, как то, что обеспечивает   возможность  его познания.   

 14.  За прошедшие годы мне стало ясно, что смысл понимается только в  восприятии отношения и понимается только смысл, который существует как  определённая  интенциональная сущность конкретного отношения действительного существования сущих. Следовательно, смысл имеет непосредственное отношение к существованию и пониманию  всего существующего без исключений, этим и объясняется трудность его осознания и определения из-за очевидной фундаментальности и всеобщности, а значит первичной абсолютности. Смысл есть в каждом отношении, в каждом конкретном существовании всего сущего.   В свете такого понимания смысла проясняется и сам  метафизический термин "сущность" в триаде "сущее-сущность-существование". 

  15. Таким образом, отношения множественного определяют законы, порядок, в том числе и законы причинности, законы существования, изменений, движения  и развития, а смысл отношений освещает  их понимание, возможность познания сущности в явлении их существования как сущих.

  16. Большое значение для познания имеют и отношения порядка, про смысл которого  я рассуждал в статье "Мировой порядок". Первым, фундаментальным является порядок иерархии в явлении самого первого  отношения при зарождении множественного как сущности существования всех  отдельных  сущих  из одного начала, из идеи  одного Бытия.

 17.  Из абстрактного  понимания порядка как отношения очевидно следует широко распространённое мнение о изначальном хаосе. Похоже, что нет смысла говорить о порядке для начала, для одного, если  только   понимать  хаос как другой по отношению к порядку, первоначально  существующий хаос, а не как искажение, нарушение, разрушение  порядка Однако , смешно назвать хаосом начало или просто одно. . Действительно, если хаос только разрушает порядок, то он  существует если существует  порядок, который он разрушает, а значит, если существует множественное в отношениях своего существования и  как порядок. Поэтому, безначальный неопределённый хаос  не имеет смысла, даже смысла множественности и ничего не определяет, существует только  как абсурдный  термин "хаос чего-то неопределённого",а    значит по сути, бесплодный  термин символизирующий абстрактную идею  "несуществующего хаоса ничего", который ничего в себе не имеет и  даже потенциально не может ничего объяснить, прояснить. Если хаос отрицает порядок, то отрицать можно только то что уже существует, причём, отрицание существующего не всегда определяет существование другого сущего, а может быть просто абстрактным отрицанием, существующим только  как само это отрицание.. Например, нет смысла у  отрицания термина "сущность".    

  18. В одной живой  идее бытия осуществляется множественность  абсолютно всего существующего сущего.  При этом, каждое конкретное сущее выражается  во внутренних и внешних отношениях своей отдельной цельности. Поэтому  начало всех  внутренних и внешних отношений каждого конкретного   цельного определяется в смысле существования из одной идеи этого отдельного  сущего в сущности  отношений множественности его частей. На этой таинственной грани одного и многого метафизика переходит в онтологию, возникает всё сущее в отношениях существования и проявляется его сущность  отдельного цельного из частей.   

 18.1.     Во внутренних  отношениях частей каждого цельного   формируется единство и цельность этой одной сущности как  сущего в порядке конкретного   существования  и явлении его определённой формы.  

  18.2. Форма  и содержание каждого  объекта имеют свой смысл, который воспринимается в соответствующих понятиях этого объекта, суть которых можно рассмотреть  на базе понимания значений терминов   внутреннее и внешнее.     

  18.2.1. Понятие о форме образуется  в восприятии понимающим конкретного порядка во внешнем выражении  частей этого  объекта , как одного  отдельного цельного  в абстрактном единстве этой  цельности.    

 18.2.2.  В понятии внутреннего  содержания проявляется  сущность объекта  в восприятии понимающим внешних  многочисленных и разнообразных   отношений существования  этого объекта с другими объектами.

 Во внешних  отношениях выражается  сущность  сущего в его существовании с другими цельностями, как явлении каузальных процессов.  

 18.2.3.  Конкретный аспект формы объекта может быть воспринят hic et nunc, а содержание этой  формы, как выражение сущности объекта понимается,  раскрывается только во времени,  в восприятиях  процесса существования этого объекта, во  множественности его  отношений с другими объектами.      

 19.  Итак, каждое отдельное сущее  существует  для другого сущего в их отношениях, смысл которых понимается как  определённый этими отношениями, как определённость этого сущего в явлении  его  конкретного  существования.    

 20.   В потенциальности как в творческом начале, в возможности  несуществующей цельности живая идея стремится к осуществлению этой цельности. При этом, мы понимаем, что: - "Идея, в отличие от понятия и в значении самостоятельном, употребляется вообще там, где мысль возвышается над механическою стороною предмета и прозревает в его разумную и единичную сущность". /П.Д. Юркевич/Идея/

 20.1.  Идея понятия символизируется интерсубъективным   словом , а смысл  идеи  осуществляется и понимается  в объекте этого субъективного  понятия. 

  21. Самое последнее утверждение из того, что я понял  в моих метафизических размышлениях гласит:"Начало и причина отнесены к разным сущностям".   

   Начало  есть в одной идее цельного, а закон причинности присущ  только множественности частей цельного в отношениях их существования с другими цельностями, а значит  в отношениях  с другими  уже осуществлёнными идеями. 

   21.1.  Таким образом понятно, что могут быть мёртворожденные идеи, которым  как началу не суждено никогда осуществиться,  например,  идее " Perpetuum mobile".     

  21.2. Начало есть предшествующее тому, что начинается. Об этом сказано: ": "… предшествующее по природе и сущности то, что продолжает существовать без последующего, не наоборот. Я понимаю это так: даже если предшествующее необходимо причиняет последующее и в связи с этим не может без него существовать, то это так не потому, что оно нуждается в последующем для своего бытия, но наоборот; поскольку, если принять, что последующее не существует, предшествующее, тем не менее, будет существовать без внесения противоречия. Не так наоборот, поскольку последующее нуждается в предшествующем, каковую потребность мы можем наименовать зависимостью; поэтому мы говорим: все последующее необходимо зависит от предшествующего сущностно;". / ТРАКТАТ О ПЕРВОНАЧАЛЕ ИОАННА ДУНСА СКОТА / Глава I / Таким образом,  метафизическое начало первичнее  множественности,  до всяких отношений  зависимости, до порядка, до закона причинности, но Doctor subtilis   ИОАНН ДУНС СКОТ (1266  - 1308)  в своём трактате об этом явно не пишет, а рассуждает об онтологической   причинности, продолжая развивать диалектику  Аристотеля.        

  22. Через семь лет стало понятно, что  важнейшая проблема заключается не только в ясном и отчётливом понимании основополагающих метафизических  терминов, но и в необходимости связи    многочисленных размышлений и утверждений моей дальнейшей философской работы в одной цельности с идеями , о которых я писал  в статье  "Метафизические «Утверждения о Именах»",  как фундаменте  всей моей метафизики.  

     *** 

 В заключение можно сказать, что мне стало понятно высказывание,  талантливого ученика А.Ф. Лосева,  Владимира Вениаминовича Бибихина (1938 - 2004) и я уже полностью согласен и отчётливо пережил в своём философском опыте его  слово: - "Философия подрывает все частные предприятия и подходы. Ее размах больше: на целый мир. Философское надо безусловно; обращено к каждому и всегда, а не к некоторым и в определенное время; предъявляется как первый безотлагательный долг, выше которого никакого другого долга нет. Философская мысль предельна. Философия говорит, как надо себя вести в отношении мира. Но мир — открытая вещь. Человеческое отношение к миру поэтому — свобода. Первая забота философии — освобождение. Гераклитовское «надо следовать всеобщему» значит: надо прежде всего всегда помнить, что мы, люди, раньше, чем окружающей среде и обстоятельствам, принадлежим миру как целому. Мир один. Не надо быть человеком толпы и выкраивать себе частный мир на потребу, вырабатывать картину мира. Частные миры, на которые поделили целый мир люди толпы, все равно не миры, они лишь осколки, и даже как в осколках в них все равно ничего нет, кроме того же мира, только растерзанного. Философское указание показывает на мир и велит принадлежать ему.

Философское «надо» парадоксально. Оно ставит в тупик, приводит в замешательство. И пока мы гадаем, что же надо, и аналитическим умом догадываемся, что философское надо никакой оперативной информации не содержит, это удивительное надо не когда-то, когда мы начнем чему бы то ни было «следовать», а уже сейчас не просто сказало, а сделало: открыло нам мир как свободу.

Действие философского слова — раздвигание простора. Мы не знаем, как возникает этот непространственный и невременный простор, но мы чувствуем его в философском слове".    /В.В. Бибихин/Язык философии/Гл. 11. Философское «надо»/