НА РАЗЛОМЕ ЭПОХ – I

Юрий Сальтевский

СВОБОДА

«Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода»

Илья Глазунов. Княгиня Евдокия в Храме. 1979 год

Свобода как условие достижения Цели

Бог взирает на мир из вечности, но творит его во времени и пространстве. Все вещи осуществляются в Боге через порядок, который ведет их к осуществлению. В этом порядке Вселенной каждая вещь находится на своем месте, и каждая «стремима к своим берегам»: Бог вызывает вещи из небытия, и каждая из них имеет свое назначение: камень, цветок, растущее дерево; вся растительная природа, животные, люди, ангелы – все имеет в себе начало, все откликается на зов Божий, который ведет их «к берегам различным», все они устремлены к Богу: «Вселенная – это огромное море, и каждая вещь в ней должна найти свой порт, для каждой уготован причал, и этим движима Вселенная. Ибо у каждой вещи есть предназначение, к исполнению которого она и призвана» (Франко Нембрини). Высшее же предназначение имеет человек, ибо он создан по образу и подобию Божию, и как образ Божий имеет свободу выбирать: употребить жизнь свою на Добро, обратив ее к Богу, – или на зло, отвратив ее от Него.

Свобода как порядок

Свобода – это порядок, который, как и Культура, построен на Евангельских принципах. Принципы эти живут в человеке; и эманируются человеком вовне: в жизнь, творчество, Культуру. Этими принципами творится Личность, и этими же принципами творится Красота, которой суждено спасти мир. Ими творится и тот порядок, который ведет человека в вечность, ибо принципы эти – из вечности. Потому и Личность, выросшая на них, становится достойной вечности. И поскольку принципы эти животворящие, Божии, то и человек творится обожженным, становится богообразным: «Ведь богообразие – это и есть в человеческом существе то, что порывается к бесконечным Божиим истинам на небе и на земле» (1). Путь же, которым ведет человека Бог, есть процесс и условия творчества. Пройти его можно только с верой, надеждой и любовью, во всем доверяя себя Богу, ибо: «верен Призывающий вас, Который и сотворит сие» (1 Фес 5:24).

Границы свободы

Человек имеет свободу, пока сознает ее границы. И как только это сознание прекращается, – размываются границы, и теряется свобода. Дробясь и отпадая от Бога, человечество создает ряд новых «свобод»: национальных, политических, социальных, в границах которых оно желает устроиться. Однако, «свободы» эти не ведут к Добру, ибо не создают гармонии, в которой каждый чувствовал бы себя свободным. Духу личности в них всегда тесно, и он снова идет на разрушение старых свобод и на создание новых. Свободы без порядка не бывает, и каждая свобода существует в границах идеи, которая их определяет! Как только порядок окостеневает и начинает сковывать собой личность, – восстает дух свободы и сметает все старое ради утверждения нового: «Сознательно или не сознавая того, во всех битвах, которые ведет человек в сфере своего гуманизма, он стремится вернуть себе утраченное богоподобие. Ибо только свобода от греха есть свобода истинная и вечная, даруемая нам Единым и Безгрешным Господом нашим Иисусом Христом; все другие так называемые «свободы» суть не что иное, как различные формы рабства. Все, что происходит от Христа, – в том единственная его, человека, свобода. Поэтому святой Апостол дает нам, Христианам, напутствие: «Стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства (Гал 5:1). Евангелием мы призваны к свободе. Только бы эта свобода наша не была поводом к угождению плоти» (2).

Свобода как дух и призвание

Всякая свобода – порядок, но не всякий порядок – свобода. Всякий порядок, создаваемый человеком, не есть порядок для всех, и потому не есть окончательная свобода. Он всегда будет разрушаться ради другого, нового, пока не достигнет того вечного и абсолютного, в котором условие свободы каждого есть условие свободы всех! К этому порядку и призван человек, и к этому порядку он осознанно или неосознанно стремится; ибо порядок этот и есть тот «порт», в котором человек, обретает мир и бессмертие: «Ты, Боже, создал нас со стремлением к Тебе, и беспокойно сердце наше, пока не успокоится в Тебе» (Блаженный Августин).

Свобода как расширение границ

 Свобода – это тот порядок, который мы себе выбираем, – в котором хотели бы жить. Этот порядок зависит от принципов, которыми мы устроены, которые написаны в нас Богом – в мыслях и сердцах наших. Мы так же свободны выбирать: выходить нам из данного порядка, будучи искушаемыми любопытством и лестью, или же жить в нем, соблюдая границы его? При этом Бог дает нам познать, что каждый вновь обретенный порядок хуже изначального, как и каждая новая свобода сужает границы старой, в которых личность изживает себя. Совесть, определяющая ее границы, свидетельствует нам об этом. Свобода наша подобна «шагреневой коже», которая с каждым отступлением от Бога будет сжиматься и усыхать. А потому каждый раз, покушаясь на новый порядок, человек подсознательно стремится в старый – в тот изначальный, Божий, который жив в мыслях и в сердце его. Ибо каждый раз, разрушая порядок старый, он будет обманываться и разочаровываться в новом. И этот путь познания им добра и зла не будет завершен до тех пор, пока человек не познает: без Бога нет свободы. Своеволие же в свободе есть путь к беспределу – одичанию и смерти.

Беспредел

Свобода без Бога – это беспредел, разложение, хаос, который увлекает мiр в небытие, растворяя в нем все, достигнутое человеком в свободе: «это мелкий, стесненный мiрок, – мiр узкого и душного «Я», мiр самолюбия и самозамкнутости, мiр падения и смерти. В нем человек задыхается в себе самом, не имея окна к вечному, безграничному, бесконечному и Божественному» (3). Залог же достижения нами блага, есть вера наша, и тот порядок, который нам дается по вере; ибо сказал Господь: «Вложу законы Мои в мысли их, и напишу их на сердцах их; и буду их Богом, а они будут Моим народом» (Ев 8:10).

Любовь как движущая сила (Творческий порыв)

Человек не может жить в беспределе: «В астрономических пространствах, как и в царстве кристаллов, отпечатывается разумность Логоса, математически идеальная основа мира. Но в мире органическом дано место непредвиденному, прерывистому, тому, что Бергсон называет «творческим порывом». Что стоит в Божественном мире за этим творческим порывом? – Дух Святой, ибо «Святым Духом всяка душа живится» (7). Бог есть любовь, и потому вся вечность существует в порядке, добровольно подчиненном любви. А любовь гласит: «Возлюби Бога твоего… и ближнего твоего, как самого себя». На любви к Богу покоится весь порядок Вселенной, вся природа, весь мир; ею возрастает и живится все сущее на земле. И только мертвое не служит любви; не может принять ее как свободу; не может включиться в поток любви; не может познать ее как любовь. А потому все мертвое пусть остается – мертвым, а все живое пусть отойдет к живым: «ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет» (Мф 25:29). Те же, кто посвящаются небу, не собирают себе сокровища на земле; а кто собирает их на земле, те с ними уходят в могилу: «Ибо прах ты, и в прах возвратишься» (Быт 3:19). А потому у каждого человека есть выбор, куда направить свой дух: вверх к Богу, или вниз к сатане; пустить данный ему талант в оборот, или зарыть его по глупости в землю; вознести свой дух к Богу, или утонуть им в глубинах сатанинских?!

Два направления свободы

У свободы есть два направления: отрицательное и положительное: вниз и вверх. Свобода вниз – значит, расслабиться, развоплотиться, скинуть с себя все запреты, чтобы стяжать безумие; стать безумным, позволив себе все: жить наслаждениями, стремиться к наслаждениям и жаждать наслаждений – все это ведет к полному распаду личности – к полному ее рабству, если следовать свободе вниз до конца. Свобода вверх – это  собирание личности, возрождение ее в вере и покаянии, раскрытие в ней образа и подобия Божия во исполнение призвания, положенного человеку Богом. Каждый выбирает свою свободу сам: свиньи питаются рожками, валяются в грязи – и им довольно: «ешь, пей и веселись, ибо завтра умрешь». Они и не думают о смерти, и потому всю жизнь свою готовят себя к ней; но человек, избравший жизнь, должен думать о смерти: «Жизнь и смерть предложил Я тебе. Избери жизнь» (Втор 30-19). Почему Господь так говорит? Почему предлагает нам выбор? Почему за нас все не решит? Потому, что не считает нас свиньями, любит нас и не желает нам зла! Но свободы нашей не нарушает, ибо каждый выбирает сам: с кем он – с Богом или с сатаной; вверх ему вырастать или падать вниз: совершенствоваться, чтобы стать как боги; или, удалившись от Бога, – умереть? Господь не вводит нас насильно в Рай, но показывает, что будет, если мы останемся без Него; что будет, если жить грехом, а не Богом; и чем заканчивается жизнь, удаленная от Бога, – она заканчивается смертью. Вещи либо осуществляют призвание, каждая находя «свой порт», либо погибают, так и не найдя его, отказавшись от Бога и призвания своего, – другого пути у них нет. И если человек не идет за Богом и отвергает путь Его, он попадает к дьяволу, и тот уничтожает его. Бог есть Жизнь, и удаление от Него есть удаление от Жизни к смерти.

КУЛЬТУРА ЕВРОПЫ

Удаление от Бога мы наблюдаем в Культуре, сравнивая ее начало и наблюдая конец. Все достижения старой Европы проникнуты Христианством. Всю Западную Культуру периода Ренессанса вполне можно было бы назвать Христианской: Данте, Петрарка, Леонардо да Винчи изумляют красотой Христианского духа, создавая шедевры на все времена. Со временем границы ее размываются, и эпоха Просвещения, когда народ мечтает устроиться на началах разума и науки, являет нам уже совсем другую культуру, в которой нет места Богу, – и свободу свою, как и культуру, человек устраивает сам. С этого периода границы культуры определяет человеческий разум. Происходит активное падение ее в измерении по шкале духовности. Образ Христа все больше удаляется из нее, и дух мiра все больше завоевывает в ней места. Состояние духа того переходного времени отлично передается Шекспиром в сонете 66: «Тебя, о смерть, тебя зову я утомленный. Устал я видеть честь поверженной во прах, заслугу – в рубище, невинность – оскверненной, и верность – преданной, и истину – в цепях. Глупцов, гордящихся лавровыми венками, и обесславленных, опальных мудрецов, и дивный дар небес, осмеянный слепцами, и злое торжество пустых клеветников. Искусство – робкое пред деспотизмом власти, безумья жалкого надменное чело, и силу золота, и гибельные страсти, и Благо – пленником у властелина Зло. Усталый, льнул бы я к блаженному покою, когда бы смертный час не разлучал с тобою» (пер. Ф. Червинский).

Микеланджело «Пьета». 1499. Собор Святого Петра, Ватикан

«Без Меня не можете творить ничего» (Ин 15:5)

Христианство обладает огромной Культуротворящей силой: Джотто, Рафаэль, Бетховен… вся классика литературы и искусства есть выражение образов Христовой веры – источника ее силы и творчества. Не было бы в мiре таких достижений, не будь на земле Христианства. Убрать из Культуры Европы Христа – это убрать Кельнский и Реймсский соборы, собор Notre Dame de Paris, Миланский – и, вообще, все соборы Христианской Европы. Вместе с ними убрать Баха, Генделя, Моцарта с их «Страстями по Иоанну», «Мессией», «Музыкой на воде», «Реквиемом». Убрать Джотто, Микеланджело, Леонардо да Винчи со всеми шедеврами их живописной культуры. И, наконец, убрать Данте, Шекспира, Шиллера, Гете, ибо все создатели мировых шедевров вдохновлены были Христианством. Все великое забыть – оставить одну политику, которой довести людей до невроза, чтобы затем спалить их в войне. И дело не только в политике, дело в том, что Европе некуда дальше идти: без Христа у нее нет другой цели, и потому нет движения вперед, а точнее, вверх. Европа с отречением от Христа потеряла высоту в Культуре, утратила духовную значимость. Культура с тех пор получила материальное выражение: все для человека и все во благо человека. Такой же стала и ее свобода. Человек же не стоит на месте, и если у него нет, к чему стремиться вверх, он начинает быстро падать вниз: дух не терпит серединного положения.

Domenico Michelino. Poster Dante and his poem the Divine Comedy, 1465

Серединная культура

Человек всегда динамичен! Всегда во внутренней динамике! Сказанное им слово или совершенный поступок поднимает его по иерархии вверх или, наоборот, сбрасывает вниз. Совесть всегда свидетельствует о состоянии человека, когда она спокойна, или когда больна. Амплитуда колебаний у каждого человека своя: один удерживает себя в границах культуры; другой выпадает из них вниз; третий – прорывается вверх, к Богу. Однако большая часть людей принадлежит серединной культуре: они и не думают о смерти, что вообще очень важно для думающих людей, ибо не чувствуют в себе Жизни… Человек, который прорывается вверх, ощущает в себе Жизнь, чувствует бессмертие, чувствует вечность: такими были первые Христиане, святые апостолы и их духовные последователи, принявшие Христа и последовавшие за Ним, каждый взяв на себя свой крест. Те, которые из рамок культуры проваливаются вниз, теряют ощущение бессмертия; ощущение Бога и вечности: такими является большинство наших современников, живущих псевдодуховной жизнью в культуре, границы которой предельно размыты.

Культура не может существовать без Бога. Она погибает, как только дух веры уходит из нее

Западная культура перестала сознавать свои границы, и потому – удерживать их. В нее все больше входят произвол и своеволие; а с ними и те антикультурные начала, перед которыми культура Европы не устоит: плоть победила в ней дух, а именно в нем – наше спасение.

Серединная жизнь. Между Богом и сатаной

«Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее» (Мар 8:35)

Большинство людей в мiре живут серединной жизнью, не разделяя ее ни с Богом, ни с сатаной. И это опасное пребывание в себе рано или поздно заканчивается проблемой: ибо, если Бог не находит в человеке места, то это место занимает дьявол. Пока человек живет в нормальных условиях, он сохраняет в себе человечность; пока он сыт, обут, одет, пока ему тепло, он живет в тех границах культуры, которую создает ему традиция. Как только условия изменяются (война, голод, холод, политическая борьба), границы культуры размываются, человек расчеловечивается, выходит из себя, и если не имеет веры, погибает. Он сыт, и ему плевать, что кто-то рядом с ним голоден. Ему тепло, и ему плевать, что кому-то из людей холодно! Он сворачивает свои интересы в себя, и живет и поступает так, как ему хочется, а не так, как требует от него культура. Поэтому, если Бога нет, нет веры, надежды, любви, – общество перестает существовать как единое целое: оно распадается. Культура перестает сдерживать от зла человечество потому, что не питается больше верой, и не может сдерживать расчеловечивания, которое есть следствие духовного падения человека. Вера – единственное, что может спасти его от смерти, что сохраняет в нем образ Божий, не давая превратиться ему в звериный. Остановить падение можно только верой. Поэтому страны с секулярной культурой, оказавшись в условиях возросшего зла, очень скоро поймут, что значит культура, не снабженная верой, и чем Просвещенный гуманизм отличается от Христианства.

Закон духа и закон плоти

Ситуация в сегодняшнем мiре подталкивает нас принять чью-либо сторону: добра или зла, помогает определиться, выйти из серединных рамок, которые создала нам благополучная жизнь, устроенная и удовлетворенная. Мы не можем преодолеть серединной культуры, которой живет современный мiр: вверх – к Богу, или вниз – к сатане. Мы хотим иметь свободу, но серединную, чтобы и с Богом оставаться, и с сатаной не порвать. Эта серединность в нас столь сильна, что мы не можем из нее вырваться! Нам хочется и там преуспеть, и тут не опоздать: и в бездну стремимся, и Богородицу не отпускаем (Достоевский). Свобода духа и свобода плоти – это две разные свободы: свобода вверх и свобода вниз; свобода подъема и свобода падения; вечной жизни и вечной смерти. Вся проблема в том, что бездна для нас столь же притягательна, как и Рай. И если свобода в Боге требует от нас усилий, «Царство Небесное силой берется, и употребляющие усилие восхищают его»; то свобода без Бога не требует ничего: «ешь, пей и веселись, ибо завтра умрешь». При этом внутренне мы пребываем в расслаблении, духовной спячке, из которой лень выбираться духовному человеку.

На разломе эпох

Пока мы наследуем моральные ценности, как часть собственной культуры, мы сохраняем себя в пределах достоинства, дарованного нам гуманизмом, ибо ничто не затрагивает нашего благополучия. Но если мы оказываемся в условиях, где наше благополучие нарушается, в нас начинает действовать другой закон, который, мы знаем, закону духа противится. Без духа же традиция, как единение опыта предшествующих поколений, не спасает, и человек начинает действовать в том законе, который помогает ему сохраниться в неблагоприятных условиях. Вот тут-то и начинается разделение на последующих закону плоти, и последующих закону духа, ибо ситуация, возникшая в обществе, разделила их по принципу, оказавшемуся выше нации, выше народа и выше культуры – по принципу, изначально установленному Богом: на праведных и нечестивых: «О, если бы Ты, Боже, поразил нечестивого! Удалитесь от меня, кровожадные!» (Пс 138:19). «Ибо знает Господь путь праведных, а путь нечестивых погибнет» (Пс 1:6). Именно в критические моменты истории мы видим, как люди разделяются по всем признакам противоположения и проявляют качества, не сдерживаемые культурой: одни, обращаясь к Богу, другие – к сатане. У каждого выявляется своя правда, и у каждого своя свобода, а значит, в мире происходит смешение, из чего вырастает кризис доверия.

КРИЗИС ДОВЕРИЯ

«Нет праведного ни одного» (Рим 3:10)

Кому сегодня можно доверять? Кто сегодня говорит правду, и кто живет Правдой? – Вопрос, на который трудно ответить. Нам не нравится наше правительство за то, что ему нельзя доверять; за то, что оно постоянно обманывает народ, грабит нас и презирает нас, и надмевает себя лестью. Но так же ведут себя и люди из народа, которые встречают нас на рынке, в школе, больнице, на улице и в судах – везде проблема недоверия, отчуждения и неправды. Мы можем менять правительство сколько угодно раз, но мы никогда не поменяем людей: врачей, юристов, учителей, и просто тех, кто рядом живет. Мы никогда не поменяем тех, кто не хочет жить честно, кто везде ищет выгоду, и во всем избегает Правды; кто ищет в человеке лишь пользы: орудия и средства для пользы, хуже того – ищет врага. Люди перестают быть людьми, ибо ценностью жизни перестала быть Правда, «Как и написано: «нет праведного ни одного» (Рим 3:10). И потому жизнь теряет смысл: из нее уходят радость, искренность, творчество, любовь, ибо рвутся связи, скрепляемые прежде доверием, и никакими законами их не возместить. Когда веры нет, нет доверия, нет Правды – то ничего не может жить дальше: никакие ценности и идеалы, никакие идеи и формации: ни национальные, ни культурные, ни политические – никакие! Ибо всякие ценности зиждутся на доверии, а доверие вырастает из Правды, без которой нет человечности, нет жизни и нет свобод; «Человек же оправдывается верою, независимо от дел закона» (Рим 3:28).

Мера человеку – вера его

Мы дали свободу неправде, свободу злу; и перекрыли ее добру. Не может одновременно даваться свобода злу и свобода добру: «Течет ли из одного отверстия источника сладкая и горькая вода?» (Иак 3:11). У добра есть границы, которые оно сознает и соблюдает в себе: что можно делать, и чего нельзя, что и составляет свободу его. У зла границ нет! И если злу границ не поставить, не отделить его от добра, добро будет подавляться злом, как и культура хамством. Это приведет мiр к катастрофе, ибо умножение в мiре зла ведет к уничтожению мiра. И чтобы мир на земле сохранить, необходимо злу поставить пределы. Кто поставит пределы злу, и кто лишит его силы? Это сделает Бог, если человек с верой обратится к Богу: «Бог не защитит ли избранных Своих, вопиющих к Нему день и ночь, хотя и медлит защищать их? сказываю вам, что подаст им защиту вскоре. Но Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лук 18:7-8). – Вот мера, без которой Спасение невозможно! А потому, говорит Господь: «нужно всегда молиться и не унывать», ибо нельзя достигнуть свободы без веры.

Предупреждение о конце

«Когда разрушены основания, что сделает праведник?» (Пс 10:3)

С утратой веры человек не выстоял в испытаниях богатством, славою, наслаждением, властью, достижение которых связывают с утратой нравственной свободы, на смену которой пришла свобода безнравственная: беспредел. Нравственная свобода поколеблена, и человек начал обустраивать свою «свободу» сам, все больше отдавая себя во власть стихий. Сколько сегодня людей после перестройки поддались этому же искушению! В результате прежний миропорядок снова разрушен, снова между людьми возникают проблемы, снова начались разделения и вражды, снова разжигаются войны, и конца и края этому нет. Скажи, что ради мира и правды нужно опять все награбленное вернуть, и это будет твоим покаянием, а значит, свободою и спасением, – многие ли покаются? Я уверен, что – нет: они лучше согласятся погибнуть со всем добром или сгореть с ним в огне, чем вернуть награбленное и восстановить справедливость. Грех и зло парализуют человека: входят в ум и сердце его, и человек становится не способным правильно чувствовать, правильно мыслить и правильно поступать. Он погибает внутри, наслаждаясь жизнью снаружи, теряя в себе то лучшее, что делало его Человеком. Путь зла заканчивается катастрофой: сначала он закончился Потопом, потом сожжением Содома и Гоморры, и во Второе Пришествие будет то же: «И как было во дни Ноя, так будет и во дни Сына Человеческого: …пролился с неба дождь огненный и серный и истребил всех: так будет и в тот день, когда Сын Человеческий явится» (Лук 17:26:37). Что нам делать, чтобы не погибнуть со всеми? На вопрос иудеев: «Что нам делать, чтобы творить дела Божии? Иисус сказал им в ответ: вот дело Божие, чтобы вы веровали в Того, Кого Он послал» (Ин 6:28-29). Пока нет доверия, нет веры, нет отношений – нет нации, нет народа! Через веру восстанавливается доверие, вырастает верность, оживает любовь. Свобода требует восстановления доверия! Без доверия нет свобод. В обществе, в котором происходит падение духа, остро возникает проблема доверия. Христос – единственный обладатель Правды, вера в Которого способна восстановить мир. Восстановить доверие без Христа – невозможно! Только изменив жизнь в себе, мы сможем помочь изменить ее ближним; и только доверяя себе, мы сможем вызывать доверие у других; и потому перед Христианами стоит сегодня большая задача: явлением веры свидетельствовать о Христе! Мы не можем требовать порядочности ни от кого; мы только сами можем являть ее, – или не можем.

«Время разбрасывать камни и время собирать камни» (Еккл 3:5)

Доверять можно только свободному и ответственному, не связанному внешними или внутренними ограничениями человеку. И чем высшей он обладает свободой, тем больше ему можно доверять. Наивысшей свободой обладает Бог, и потому наделен абсолютным доверием: «Блажен народ, у которого Господь есть Бог» (Пс 143:15). И те, кто по вере своей ближе к Богу, тем следует и больше доверять, ибо именно в них действует тот закон, который написан в мыслях и сердцах их Богом. Человек же, который далек от Бога, теряет свободу вместе с законом, а с ними ответственность и доверие. В обществе, не знающем Бога, вообще доверять никому нельзя. И если Украина идет в Европу, чтобы поднять себя к ее ценностям, то самой Европе некуда сегодня идти: ей не к чему дальше стремиться; у нее самой нет перспективы вверх; и она сама распадается на части. Европа достигла вершины гуманизма, удержалась в нем, и теперь быстро скатывается вниз: нет глубины понимания прошлого, нет устремления в будущее; происходит разделение во всех сферах человеческой жизни. Процессы разделения и распада происходят не только в Украине и бывшем СССР, они происходят в Европе, Америке – во всем мiре. Все, что собиралось и строилось много лет, будет разваливаться и отмирать. Остановить этот процесс невозможно. Все идеалы и ценности, вокруг которых люди собирались прежде, бессильны собрать их еще раз: ни язык, ни государство, ни нация – ничто не может привлечь сегодня людей. Ничто не может возродить и удержать их вместе. Все, что есть плотское, земное, человеческое не имеет больше силы и средств, которые способны были бы собрать их воедино. Общество сегодня – это мертвый Адам, в котором люди разделены и оставлены. И только та их часть, которая жива, которая не ожесточилась и сохранила веру, может спастись. Эта часть – Церковь! Если Церковь сильна в народе, то этот народ устоит. Ибо в ней святость! А в трудные времена истории народ всегда обращался к своим святым.

Святость – духовное богатство народа

Каждый святой жизнью своей показывает путь восхождения к Богу. Путь каждого святого уникален, и для человека плотского неповторим. Из личного опыта каждого святого слагается богатство духовной жизни народа. Мы должны радоваться, что у нас есть Бог, есть Церковь, есть святые, праведные; познавать их опыт, ценить их и подражать им. Они навсегда останутся нашими защитниками и нашими молитвенниками на небесах. Даже если мы не станем святыми, – мы, благодаря им, живем в измененном мире. Мы почитаем их труд, и оттого мы – другие. Почитая святых, мы освящаемся сами. Ими освящается наша жизнь, освящается мiр, и это делает нас причастниками их жизни, прошедшей в вере и подвиге. Через жизнь святых, мы лучше понимаем Христа, Его жизнь, Его веру, Его подвиг. В явлении святых мы познаем истину, ибо Правда и Добро вечны. Познаем бессмертие, познаем вечность, ибо слово их истинно! Жизнь святых – это жизнь во Христе, к которой и призывает нас Бог, чтобы сделать нас совершенными: «Ибо всякий, рожденный от Бога, побеждает мiр; и сия есть победа, победившая мiр, вера наша» (1 Ин 5:4). Бог творит человека изнутри Духом Святым, и никто не может поставить Ему пределы. Бог свободен в Своем творчестве, как и человек в своем. И если в человеке живет Христос, то, никто не может управлять и руководить им снаружи. Дух Божий Сам наставляет человека.

Христова Церковь

Если человек стремится в Церковь, и хочет вырастать в ней, он принимает в себя Христа. Ибо только будучи свободным сам, он может уважать свободу другого: свобода же всех есть условия свободы каждого; а потому границы Христовой свободы определяются пользой или вредом для каждого из людей; ибо все, что в границах свободы, есть польза; а что за границей ее есть вред. Мы же знаем, что вред нам приносит грех; и, как говорит Апостол: «все мне позволительно, но не все полезно; все мне позволительно, но ничто не должно обладать мною… Разве не знаете, что тела ваши суть члены Христовы? Итак, отниму ли члены у Христа, чтобы сделать их членами блудницы? Да не будет!» (1 Кор 6:12-15). Бог содержит Церковь Свою в любви; и потому Он говорит Петру: «Если любишь Меня, – паси стадо Мое». И еще говорит: «На тебе поставлю Церковь Мою». Не – тебя поставлю над Церковью, чтобы ты руководил ею; а «на тебе», чтобы ты служил ей и хранил ее в любви и вере. «Церковь на тебе» – это значит, что она абсолютно свободна, верна и не зависит от человека. Над Церковью и в Церкви находится Бог, Дух Божий, Который творит ее изнутри. И чтобы довериться во всем Богу, человеку нужна вера.

Имейте веру Божию (Мар 11:23)

Доменико Эль Греко. Апостолы Петр и Павел, 1592 Эрмитаж, Санкт-Петербург